Чего боится даже Путин ? | Самолет в АЭС | Безопасность атомных реакторов

У вашего броузера проблема в совместимости с HTML5

Один из наиболее частых вопросов по безопасности атомных реакторов — что будет, если случится землетрясение, цунами или, например, упадет самолет?

Поддержать автора канала можно переводом на карту
Сбербанк Visa: 4279 5000 1266 8062
Донат: https://www.donationalerts.com/r/aftershocknews
Яндекс Кошелек 410011811989191
paypal [email protected]
Видео на канале Дзен https://zen.yandex.ru/id/5cda5779c9c89500afe95097
Видео на канале Рутуб https://rutube.ru/channel/23579255/
Наиболее информативные статьи на сайте: https://aftershock.news/?q=printing/214
Группа в ВК: https://vk.com/brekotins
Канал в Дзен: https://zen.yandex.ru/aftershock.news

00:00 Безопасность реакторов
02:37 Самолет в АЭС
05:13 Что если землетрясение

Как ни странно, почти ко всем этим маловероятным случаям проектировщики атомных электростанций готовились.

И даже в случае таких внешних воздействий, к которым проектировщики не готовили свои реакторы, они оказались вполне безопасными для окружающих. Попробуем подробнее разобраться в том, как АЭС удается добиться таких результатов.
Представления людей о той или иной опасности часто не соответствуют реальности. АЭС — один из типичных примеров такого рода. Зачастую мы слышим: на реактор может упасть самолет (или его могут направить туда террористы). Он способен выйти из строя из-за землетрясения или цунами. В атомной войне они станут целями для боеголовок противника — и тем самым серьезно усложнят выживание любой стране, у которой они есть. Более того, многие думают, что если реактор подвергнется настолько серьезному воздействию, то сам может взорваться как атомная бомба.

Падение самолета. Например, для реакторов ВВЭР-​ТОИ предусматривается защита от падения 20-​тонного истребителя, а как запроектное воздействие рассматривается падение 400-​тонного самолета типа «Боинга-​747». Но даже до появления подобных усиленных видов защиты реальной опасности от падения авиалайнера для АЭС не было. Напомним: самолеты — это конструкции из дюралюминиевых сплавов с типичной толщиной внешней оболочки 1,5 миллиметра или в тысячу раз меньше. Внутри они практически пустые. Действительно плотные части самолета — его моторы, но у авиалайнеров они разнесены далеко в сторону, отчего не смогут обеспечить удар «плотно сжатым кулаком», только растопыренными пальцами.
Шансы такой конструкции пробить метровый железобетон — такие же, как у куриного яйца пробить стену толщиной в полкирпича.

И, наконец, последний вопрос: что, если удар придется по залу управления и уничтожит его полностью, со всеми операторами? В случае нынешних реакторов — практически ничего. Дело в том, что сейчас стержни над активной зоной удерживают электромагниты. Утрата энергоснабжения (вероятная при разрушении зала управления) или любые опасные необычности в поведении реактора приведут к тому, что питание, подаваемое на эти электромагниты, будет отключено, и стержни сами, под действием одной силы тяжести, упадут внутрь активной зоны, останавливая там цепную реакцию.

Землетрясение: что случится с реактором после него
Устойчивость того иного объекта к землетрясениям напрямую зависит от того, насколько он подготовлен к различным видам нагрузок. Бетон слабо переносит нагрузку на растяжение, поэтому его давно армируют стальной арматурой. В случае АЭС эта арматура предварительно напряженная — то есть бетон заливают на заранее натянутые армирующие тросы. В результате прочность здания даже очень старых реакторных сооружений огромна. Кроме того, специальные гидроамортизаторы связывают плиту основания и оборудование станции в одно целое, не позволяя ему смещаться даже при очень сильных толчках.