Дневники рядового вермахта. Часть 25

У вашего броузера проблема в совместимости с HTML5

В этом видео рядовой вермахта рассказывает о нелегких военных буднях Второй мировой войны на советско-германском фронте в России в 1943 году. Часть двадцать пятая. Рассказчик очень детально описывает окружающую обстановку, мысли и переживания, погружая слушателя в атмосферу тех лет. Всё это дополнено образами со старых военных фото 1941-1945.

Я остался стоять в коридоре переполненного поезда. Не теряя ни секунды, открыл коробочку, которую дала мне Паула при расставании. В ней лежали две пачки сигарет, которые я подарил ей: их привез мне отец. Отец не курил, наверное, он годами собирал сигареты от случая к случаю. В коробочку Паула вложила короткую записку и свою фотографию. В записке она выражала надежду, что сигареты будут мне подспорьем в трудные минуты, которых впереди у меня еще много. Наверное, я раз десять перечитал записку, прежде чем засунул письмо и фотографию в пропуск. Поезд двигался не спеша. Все погрузились в печальные размышления. Я нашел уголок, где не слишком качало, положил листок бумаги на оконную раму и начал письмо к Пауле. Но не тут-то было: ко мне подошел какой-то придурок из Альпийского корпуса и завел беседу: – Вот и закончился отпуск. Вечно он заканчивается слишком быстро! Я тоже возвращаюсь – назад, к оружию! Я посмотрел на него, но ничего не сказал. Он был просто невыносим. – Погода стоит прекрасная, так что на фронте, видно, жарко. Помню прошлое лето. Как-то раз мы… – Извини, друг, я пишу письмо. – Вот оно что? Небось своей девчонке, угадал? Да не волнуйся ты так. Мне захотелось проткнуть его штыком. – Встречаются такие девчонки, ты не представляешь! Вот как-то в Австрии… Вне себя от гнева я повернулся к нему спиной и попытался закончить письмо. Но стоял такой шум, что здесь было не до письма. Пришлось отложить это дело на потом. Долго простоял я, прижавшись к стеклу и глядя невидящими глазами на пробегающий мимо пейзаж. Ни на минуту не умолкали хриплый смех и разговоры. Многие шутили, чтобы отвлечься от страшной действительности: фронт простирался от Мурманска до Азовского моря, и двум миллионам едущих со мной солдат придется поплатиться на войне своими жизнями. Поезд шел с частыми остановками. На каждой станции выходили и садились гражданские военные. Последних было большинство: они направлялись на Восточный фронт. Ночью мы прибыли в Познань. Я бросился в центр перегруппировки, где до полуночи должны были проштемпелевать мой пропуск. Я думал, что меня сразу же направят в казармы, где я провел несколько часов на пути в Берлин. Шум толпы, скопившейся в военной жандармерии, не давал мне думать о Пауле. С формальностями было покончено гораздо быстрее, чем на пути в отпуск: было похоже, что в дьявольской машине непрерывно движется двойная очередь солдат. За десять минут мой истекший пропуск был подписан, проштемпелеван и зарегистрирован. Мне приказали идти в поезд номер 50, направляющийся в Коростень. – Правда? – удивился я. – Когда же он отходит? – Отправление через полтора часа. У вас еще есть время. Значит, ночь мы проведем в дороге. Вслед за солдатами по деревянной галерее я прошел к поезду, состоявшему как из пассажирских, так и из товарных вагонов. Я пробирался через шумную толпу, ища уголок, где можно присесть и все же написать письмо. По совету отца, который считал, что безопаснее всего ехать в задних вагонах, я прошел в один из них, пол которого покрывала солома, протиснувшись среди пяти пар ног, торчащих из открытой двери.
– Добро пожаловать, парень, – приветствовал меня какой-то пехотинец. – Приготовься к райскому удовольствию. – Что, мальчик, ты с нами охотиться на русских? – добавил другой. – Охотиться, и не впервые. – Да что ты! В первый раз, верно, ехал в пеленке? Что бы ни случилось, мы не теряли чувства юмора. Неожиданно среди других зеленых шинелей я разглядел Ленсена. – Эй, Ленсен! Ленсен! – Будь я проклят, – проговорил Ленсен, пробираясь мимо солдат, столпившихся у выхода. – Так ты не дезертировал! – Ты, я смотрю, тоже! – Для меня все не так: я же пруссак. Разве я похож на темноволосых дезертиров, сбежавших в Берлин? – Хорошо сказано! – прокричал солдат, стоявший в проходе. Ленсен смеялся, но я знал, что он говорит серьезно. – Гляди-ка, – молвил он. – Вон и еще один из нашей банды. – Где?
– Да же здесь на платформе: здоровяк, которому все нипочем. – Гальс! Я выпрыгнул из вагона. – Кто выпал из гнезда, тому в нем больше не бывать! – крикнули мне вслед. – Эй, Гальс! Он увидел меня, и его физиономия засветилась радостью. – Сайер! А я-то думал, как разыскать тебя в такой толпе. – Это Ленсен тебя заметил....
————————————————————————————————————-
Мой паблик ВК https://vk.com/anubyslive
————————————————————————————————————
Музыкальные композиции - Eye of the Newscaster - Out To The World, Nadir - Gavin Luke, Simple Gestures - Yonder Dale, Solace - Gavin Luke - принадлежат http://www.epidemicsound.com и использованы по лицензии для компании Scalelab.