Я хотел бы рассказать тебе что-то,
Ну а если не тебе, то кому-то,
Всю неделю тяжело я работал,
Поболтать не находилось минуты.
Я хотел бы повторить тебе снова,
Чем планирую занять воскресенье,
Только кантор смотрит очень сурово,
Обернувшись и прервав свое пенье.
Амен. Я ведь не мешаю совсем.
Амен. Шикают зачем, не пойму я.
Амен. Я ведь отвечаю как все
Амен. Амен. Амен.
Я хотел бы помолиться скорее,
Чтоб с друзьями, наконец, пообщаться,
Вы скажите, дорогие евреи,
Сколько можно петь псалмы и качаться.
Расскажу я про скандалы Багдада,
И про то, что происходит в Корее?
Но зачем меня раввин сверлит взглядом,
От дыхания его каменею.
Амен. Я ведь не мешаю совсем.
Амен. Тихо, как могу, говорю я.
Амен. Сколько интереснейших тем.
Амен. Амен. Амен.
Амен. Я ведь не мешаю совсем.
Амен. Шикают зачем, не пойму я.
Амен. Я ведь отвечаю как все
Амен. Амен. Амен.
Я хотел бы подарить тебе счастье,
Помолиться, как положено, Б-гу,
Только сердце разорвется на части,
Если я не поболтаю немного.
А молитва, знаю, кончится скоро,
И закончатся мучения эти,
Так зачем, дружище, смотришь с укором,
И ни разу мне пока не ответил.
Амен. Я ведь не мешаю совсем.
Амен. До кидуша не дотерплю я.
Амен. Я ведь отвечаю как все
Амен. Амен. Амен.
Амен, Амен. Я ведь не мешаю ничем.
Амен, Амен. Я ведь отвечаю Амен.
Амен. На Кавказе без перемен.
Амен. В Гондурасе буря бушует.
Амен. Сколько интереснейших тем.
Амен. Амен. Амен.
Амен. Кончилась молитва совсем.
Амен. Вот теперь стою и молчу я.
Амен. Я пойду чего-нибудь съем.
Амен. Амен. Амен.
Когда я ем -- я глух и нем.