«Выйду я в поле неизведанной Колыбели Мира, где воины резали землю ледяными санями Сибири.»
Хранители малахитового океана
Глубокое холодное лесное озеро, поверхность которого устилалась зеркальной гладью. Озеро вдыхает в себя покой и тишину. Водяная пыль заполнила белёсую марь туманами, а где-то вдалеке были едва слышны голоса птиц. Воды его прозрачны. Деревья обнимали озёрный мир проросшими хвойными великанами. Казалось, что берега охраняет сам Дух леса.
Великая сила таится на дне живого. Манит своим зелёным омутом дикого зверя – житель древнего рамени издавна покрытый вековым мхом. Бродит обитатель краснолесья поводырём поющей рощи, и сквозь него льются горстями Ли́ственницы, полукругом обвивая тропы.
Дороги расступались перед путниками ветров, обволакивая их густыми кустарниками. Двое, укрываясь щитами, опасливо ловили огненную змею за хвост, и разразилась рыком чаща. Эхо проснулось над белым вереском привлекая злобных браконьеров. Спотыкаясь о пни, неуклюжими вездеходами волокли свои лапы чудовища – чёрные лесорубы. Настороженным взглядом наблюдателя следило озеро за чудищами, пока не послышался стук топора. Пробудилось прозрачное! Десницы вод его, выплеснулись китом на чрево берега, дабы оживить сухие коренья. В очаге переплетенных корней затаилась борьба. Незримым хищником окутали лихих злодеятелей цепкие ветви, и вырвали из лап ужасных железного всадника. Земля поглотила ядовитые останки. Добрые боги малахитового океана вновь продолжили свою беседу с тысячелетним миром.
Луна вплетала свои жёлтые бусины в верхушки деревьев, и кочевым ручьём пролилось яркоцветье синих трав далёкого перелесья. Укутались затишьем дремучие существа. Небо, рассыпаясь звёздным песком, открыло ворота полярным камням. Мчась в упряжке ледяных оленей мимо живой изгороди снежноягодника – принесли молчаливую ночь. Слух спелой теми потревожили лесные травницы. Неторопливой поступью шли они к берегу, где уже горели костры в ожидании своих хозяев. Заплетали рукодельницы в венки стебли колдовских трав лунного серпа да приговаривали: « Я не шаман, а друг камней. Один из них – твой и вода подбежит под него, подбежит под тебя! ».
Искры огневища приворожили к себе безмолвного воина. Выпил он стылую наледь и остудил ею лаву кипящего вулкана.
У вод всегда достаточно времени, чтобы заполнить неизвестные осушенные земли.